Главная » США » Как Иммиграционная полиция выслеживает нелегалов через социальные сети

Как Иммиграционная полиция выслеживает нелегалов через социальные сети

Социальные сети уже давно стали площадкой для отслеживания и поимки нелегальных иммигрантов. Иммиграционная и таможенная полиция США (ICE) использует базу данных CLEAR Thomson Reuters, являющуюся частью растущей индустрии коммерческих брокеров данных, которые заключают контракты с правительственными учреждениями, обходит законы и собирает необходимую информацию из всех существующих электронных источников.

Иммигрант под кодовым именем Сид был подопечным федерального общественного защитника. Сид обвинялся в уголовном преступлении за незаконный въезд на территорию Соединенных Штатов.

В страну Сид попал, когда ему был всего лишь один год. Он здесь учился, работал, обзавелся семьей, его дети являются полноправными американскими гражданами. Ранее мужчину депортировали в Мексику за ненасильственное уголовное преступление, связанное с похищением товаров в автомагазине. Но он нелегально вернулся обратно.

«Я вернулся, чтобы быть со своей семьей, — сказал Сид судье на слушании приговора. — Мне жаль. Это все».

Расследование по делу Сида началось 22 февраля 2018 года. Иммиграционная полиция иногда посылает наборы данных депортированных мигрантов в NCATC, чтобы выяснить, не вернулись ли они в США. Система получает данные из других федеральных ведомств, а затем сопоставляют информацию об иностранце с данными регистрации автомобилей, счетами за коммунальные услуги, почтовыми адресами и прочими записями.

Иммиграционная полиция может как открыто получать эти данные, так и покупать их у других ведомств. По делу Сида сотрудник отделения ICE в Лос-Анджелесе обратился за помощью в Тихоокеанский центр реагирования агентства (PERC).

4 мая 2018 года сотрудник PERC сообщил, что нашел аккаунт иммигранта в Facebook. Сид использовал свое настоящее имя, хотя оно очень распространенное и пользователей-тезок очень много. Сотрудник использовал Thomson Reuters CLEAR, чтобы найти домашний адрес Сида, а также адрес его родственников.

Адреса сравнили с фотографиями Сида с вечеринки по случаю дня рождения отца. Один из адресов совпадал — это означало, что учетная запись Facebook принадлежала депортированному лицу, которое и разыскивали сотрудники ICE.

«Когда у вас есть кто-то с довольно распространенным именем, Facebook облегчает отслеживание», — сказала Сара Сент-Винсент, эксперт по надзору, которая управляет клиникой для целей цифрового насилия в Cornell Tech.

Также была обнаружена информация о водительских правах Сида и его родителей. С 2013 году в Калифорнии разрешено выдавать права нелегалам, но данную программу критикуют за то, что она не защищена от Иммиграционной полиции.

«Айсовцы» стали следить за профилем Сида в социальной сети. 24 мая 2018 года он зарегистрировался в Home Depot, чтобы купить кровельные материалы. Работники Иммиграционной полиции поджидали его возле магазина, пока Сид не выехал со стоянки, после чего произвели задержание. Его дело о депортации было восстановлено.

«Судебное преследование иммигрантов часто рассматривается как просто перемещение документов», — отмечает Джули Мао, заместитель директора юридического офиса Just Futures Law, занимающегося вопросами, связанными с правоприменением и надзором за иммиграцией.

«Обычно открытие никогда не касается того, где человек находился как его впоследствии задерживали. Когда федеральные защитники запрашивают эту информацию, это действительно вскрывает целый черный ящик о полицейской деятельности либо на местном уровне, либо в рамках федеральной иммиграционной службы», — добавляет Мао.

В январе Сиду вынесли обвинительный приговор — 21 месяц лишения свободы в федеральной тюрьме за незаконное возвращение в страну. Его дело сейчас обжалуется, но он наверняка будет депортирован из США.

Сент-Винсент говорит, что подобные проверки социальных сетей нарушают закон о свободе слова не только для иммигрантов, но и полноправных жителей США.

«Если что-то, что вы публикуете в Интернете, может быть использовано против вас навсегда, даже если вы никому не представляете непосредственной угрозы, то это страшно».

201